Запретят ли дисковые тормоза?

Чтобы понять, из-за чего весь сыр-бор, вернемся в 2016 год на гонку Париж-Рубэ. Это старейшая однодневка, которая по праву называется «северным адом». Впервые ее провели в 1896 году, и сложность ее с каждым годом, конечно, нарастала. В 2016 году ее протяженность составила 257,5 км, из которых 53 км пришлись на 27 секторов брусчатки. За 100 км до финиша участникам предстояло пройти участок Аренбергского Леса, которому присвоили 5 звезд сложности. Париж-Рубэ – это испытание не только выносливости и навыков гонщиков, но и их психологической готовности. Нервозность в пелотоне растет на узких участках брусчатки, где постоянно надо быть бдительным, так как решающая атака может быть в любой момент. Естественно, завалы - не редкость.

За 140 км до финиша на брусчатке произошел массовый завал, который разорвал пелотон. 33-летний гонщик команды Movistar Франциско Вентозо остановился перед завалом, чтобы не врезаться в другого гонщика, потом поехал дальше. Он даже не заметил, как, въехав во впередистоящий велосипед, он ротором дискового тормоза серьезно повредил себе ногу.


«Я даже не упал, просто ногой коснулся задней части его велосипеда и продолжил ехать, а потом взглянул на ногу. Мне не было больно, и крови было не так много, но я ясно увидел надкостницу и поверхность большой берцовой кости» - позже написал Фран в своем открытом письме на сайте команды Movistar.


Профессиональные гонки, особенно шоссейные, являются эталоном и символом велоспорта, как, например, Formula 1. Техническое усовершенствование велосипеда там не прекращается никогда. И если увидеть на шоссейнике дисковые тормоза было бы нонсенсом еще пару-тройку лет назад, то сейчас уже добрая половина команд использует их. Но если в даунхилле и прочих гравити-дисциплинах гонщик весь в защите, то гонщик шоссе фактически голый – из защиты у него только шлем, а все остальные части тела не защищены никак. Причем скорости в шоссе доходят и до 80 и даже 100 км/ч. А представьте себе, если бы Фран на ходу зацепил ротор? Скорее всего он попросту мог бы лишится ноги.

В итоге поднялась большая шумиха, и Movistar и еще ряд команд подали жалобу во Всемирную Федерацию Индустрии Спортивных Товаров (WFSGI) с требованием пересмотра безопасности применения дисковых тормозов с последующим запретом.

Ну, вот все и зашевелились. Сразу же WFSGI представила официальное заключение доктора Ульриха Золлингера, который, воссоздав момент столкновения Франа, утверждает, что такой порез получить он ротором никак не мог. Вдогонку WFSGI представило заключение Дирка Зедлера, исследователя велосипедных аварий, который пришел к аналогичному выводу.

Полное заключение Зедлера можно прочитать здесь.

Менее шокирующий, но аналогичный случай произошел в Абу-Даби в 2017 уже, где по утверждению Оуэйна Доулла, гонщика команды Sky, ротор другого велосипеда сильно порезал ему туфлю.

Руководящий орган UCI создал комиссию, состоящую из профессионалов и любителей, задачей которых стало решение проблемы безопасности применения дискового тормоза.

Учитывая проведенные экспертизы, WFSGI в конечном итоге ответила на обвинения, но с прохладцей: «На сегодняшний день мы выпустили на рынок более 15 миллионов моделей велосипедов, снабженных дисковым тормозом. Это и MTB, и городские, и циклокроссовые велосипеды, и, конечно, шоссейники. Безусловно, споры о том, что профессиональные гонки отличаются от любительских, справедливы и оправданы. Но в то же время перед внедрением всегда присутствует испытательный период, к которому надо относится терпимее. WFSGI будет продолжать тесно сотрудничать с UCI, CPA и AIGCP и продолжать внедрять дисковые тормоза в шоссейные велосипеды».

Вот так-то. В конечном итоге ничего не изменилось, и претензии гонщиков остались без ответа. Причем ладно бы согласились, так нет – созвали экспертизу и буквально обвинили Франа и других гонщиков во лжи. С другой стороны, они дали понять, что это коммерция, а не спорт. WFSGI все же занимается внедрением товаров на рынок, а тут ни о какой пользе и объективности, кроме выгоды производителям речи и не идет.

04.08.2017